Недружелюбный кролик | Bookriot (bookriot) wrote,
Недружелюбный кролик | Bookriot
bookriot

Categories:

Артур Соломонов "Театральная история", Альпина нон фикшн, 2013 г.

Артур Соломонов
О чем эта книга: средней руки актер и его безответная трагическая любовь на фоне «интриг и коварства» современного театра
Кто автор: плодовитый журналист и дебютирующий прозаик из Хабаровска, с ГИТИСовским театроведческим образованием. Писал в Слон, Сноб, Форбс, «Известия», «Газету», “Новую газету”, The New Times и работал на «Культуре».
Премии и судьбы: книга была в лонге, кажется, НацБеста, и опубликована в журнале «Дружба народов», а сейчас издана, продается в магазине «Москва» и входит, если ему верить, в топ 20.

«Пришла пора Наташе узнать, что я не только хорошо сложен, но и довольно сложен».
Примерно таких каламбуров полна «Театральная история». Это если вкратце.
А теперь подробнее.

Русский театр всегда представлял из себя что-то надрывное, местами истерическое, обязательно с драмой и заламыванием рук. Даже если это комедия. Особенно, если это комедия. В этом плане книга Соломонова очень похожа на русский театр. Такой, знаете, очень провинциальный, обязательно с хорошенькими актрисами не бог весть какого таланта, напыщенными молодыми актерами, мнящими себя гениальными, бюджетом и шушканьем по углам, самодуром-режиссером, обязательно гениальным и, конечно, непонятым и прочим-прочим-прочим.
Нужно тут признаться, что мы с Кроликом не очень любим театр, именно за всё то, что в книге Соломонова показано особенно четко. Проблема в том, что показано не в форме саморазоблачения, даже если автор очень хотел (а он хотел).
А, скорее, в плане зеркала: «Театральная история» не может разоблачить театр, так как сама – слишком «театральна».

Тут есть все, что хотите: актер по сути массовки, мучительно по-русски страдающий от своего положения, красивая, но бездарная актриса, их непрочная любовь, ее муж, богатый и безнравственный спонсор, вспыльчивый режиссер, мачо, двусмысленность и прочие атрибуты без которых по мнению театрала Соломонова, не может обойтись книга о театре.
Но эта рецензия - едва ли хвалебная. И вот почему.

Во-первых, Соломонов явно играет на фактуре ему хорошо знакомой. Прием не то, чтобы запрещенный (есть же Булгаков, и даже Осипов), но вынуждающий ждать следующие произведения автора, чтобы понять – на одной ли фактуре выезжает, или есть что-то еще.
(Не удержимся от сравнения с Самсоновым, пишущим про музыку (и футбол) так, что не только читатели, но и критики уверены в его консерваторском образовании (которого нет)).
Именно отсюда вытекает во-вторых. Мы не приверженцы теории о том, что журналистика выхолащивает слог (и прекрасный слог Ахмедовой и Буйды тому пример). Но автору "театральной истории" явно не хватает изящества и некоего языкового чутья. Возможно, тут свою роль сыграла тема, возможно, Соломонов действительно, больше журналист нежели писатель, но от романа неуловимо, но явственно попахивает такой бытовой мещанской пошлостью. Это и специфический юмор в духе чисто русских "юмористов", и все те же безвкусные каламбуры, обороты. С другой стороны, есть явный конфликт интересов: желания автора "выразить мысль" и героев, которые эти мысли транслируют. В результате длиннющие сентенции, простыни, вроде бы неплохих "философствований" вложены в уста людей глубоко порочных, слабых. То есть типичная проблема начинающих: герои у нас используются для того, чтобы автор "всё сказал". Это, конечно, не может не отражаться на общем впечатлении от персонажей, которые кажутся несколько искусственными.
И, конечно, язык, - главная проблема "Театральной истории". Местами он просто беспомощный и выдает в авторе дебютанта, которому не на НацБест претендовать, а расти и расти.

Безусловно, в книге есть и интересные приемы. Самая большая удача романа - союз богатого бандита и амбициозного священника отца Никодима. Кажется в этой сюжетной линии собрана вся соль книги. Весь этот вай-фай в келье и коньячок перед проповедью, мучительная зависимость одного от другого, бесконечный замес гордыни, манипуляторства и зависти. Прекрасная метафора, прекрасные диалоги и замечательная психологическая точность. Даже несуразный главный герой попадая случайно в луч связи спонсора со священником, как-то собирается, обретает тень, объем и достоверность.

Что доказывает общую небезнадежность пациента автора.

ЦИТАТА

— А потому нам нужен православный театр. Первый в истории России. И мира.
Ипполит Карлович глянул на него непроницаемо-серыми глазами:
— А может, тебе лучше заняться православной нефтедобычей? Я могу подсобить. Я это даже легче себе представляю. Чем то. О чем ты говоришь.

Tags: Рецензии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments