Недружелюбный кролик | Bookriot (bookriot) wrote,
Недружелюбный кролик | Bookriot
bookriot

Category:

Денис Гуцко "Бета-самец". АСТ 2013 г.

Кигомарафон_БУкер1
Ну ладно, давайте в экспресс-режиме быстренько пройдемся по оставшимся трем романам шорта Русского Букера. 4 декабря у нас награждение, так что читательское голосование провести уже не успеем. А вот дочитать Иванова и все такое - вполне. Так что, поехали!
1. Гуцко
О чем эта книга: интеллигенция против повзрослевшей гопоты и все вместе против человеческого.
Кто автор: персонаж, которому ныне покойный Аксенов в недалеком 2005 году отказался вручать выигранный Русский Букер. (Роман назывался "Без пути следа"). Автор толстых литературных журналов. Работал охранником в банке целых 10 лет (афигеть - прим. Кроля).
Премии и судьбы: «Бета-самец» в шорте Букера этого года и в лонг-листе Большой книги.

Вот вам мастер класс как загубить книгу – дайте ей название, не соответствующее ее читательской аудитории. (Лучше всех с этим, конечно, справился Иванов с «Блуда и МУДО». Но Гуцко тоже не отстает). В общем, «Бета-самец» книга, конечно, актуальная. И несмотря на свое название – очень придется по душе студентам филологам и тем, кого «позвала тропа искусства». Не верьте, друзья, обложке, это роман не о «реальных пацанах» (ну, не только о них), но еще и о театре, о внутреннем стрежне, о высоких нравственных установках и о том – к чему они могут привести.
Написана книга очень внятным, довольно лаконичным и без выпендрежа языком: на нем не спотыкаешься и он тут скорее функция - внимание в романе обращаешь не на метафоры, а на "картинку", на действие, на героев. Нам кажется в этом плане Гуцко молодец, потому что дошел до той ступени, когда язык не перетягивает на себя одеяло читательского внимания. Бывают романы "филологические" и "фестивальные", в которых смакуешь слово, слог и  пробелы. А бывают - идейные. Где важнее сама мысль. "Бета-самец" - во второй категории.
Но это не отменяет всего остального. У романа любопытная композиция: где-то до середины автор ведет читателя двумя дорогами. Начинает с двух переломных точек и к середине повествования смыкает их. Так два пути оказываются одним и так – замечательно подчеркивается контрастность. Кроме того в книге отлично раскрыты персонажи, они яркие, объемные и, что важно - развиваются. Чудесный женский образ, чудесный герой-подросток. А главный герой так и подавно. И еще – тут есть то, за отсутсвие чего критикуют и критикуют современных писателей. Тут есть реализм. Не тот банально-вычурный, которым пытается накормить нас сенчин, но какой-то очень простой. Узнаваемые детали, провинциальные мелочи, какие-то жесты, полувзгляды, разные социальные категории.
Еще раз – это очень трезвый роман. И все-таки, что совсем удивительно, – он о душе и ее метаниях. О том, что же считать хорошим, а что – плохим. К чему приводит честность и благородствов суровом мире.  И так ли они хороши, как кажется на первый взгляд.
На самом деле в "бета-самце" как минимум две главные идеи, одну отражает название – второй человек в стае, мучительно рефлексирующий на тему "а не стать ли мне первым и надо ли оно мне". Вторая же идея развивается гораздо активней и на наш вгляд, она главней. Её лучше всего можно выразить цитатой из "Эдички..." Лимонова:

"Моя  родная русская литература не давала мне стать простым человеком и жить спокойно, а вот х*й-то, она дергала меня за красную куртку басбоя и высокомерно и справедливо поучала: "Как тебе не стыдно, Эдичка, ведь ты же русский поэт, это каста, дорогой, это мундир, ты уронил честь мундира, ты  должен уйти отсюда. Лучше нищим,  лучше как жил  в конце февраля - нищим бродягой".

Вот вам и резюме:
Возьмите персонажа, вложите в него заповеди вот этой Великой Русской Литературы и отпустите в реальность 90х. И посмотрите что будет. Как они набросятся друг на друга и будут пожирать себя и персонажа.
Направо пойдешь - будешь удачливым. Налево - счастливым.
Выбирай.

ЦИТАТА:

"Родня покойного, съехавшаяся на похороны из полуживых шахтерских городков — одетая в китайское, сама на вид такая же фальшивая, казалась Топилину свежесобранной киношной массовкой, не понимающей, как вести себя в кадре. Горе изображали неубедительно. Скорее, силились вспомнить, как оно должно выглядеть. Выглядело так: "Ехали. Далеко. Стоим, хороним".

А еще можно почитать про:

Tags: Премии: Русский Букер, Рецензии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments